Игорь Беда — один из самых известных руководителей украинского IT. Начинал он в 2007 году в роли менеджера проектов в сферах телекоммуникаций, разработки мобильных приложений и встроенных систем, и через семь лет дорос до должности управляющего директора GlobalLogic Украина ( на тот момент четвертой, а сейчас третьей по размеру IT-компании Украины). 

В конце 2017 года Игоря выбрали главой IT-ассоциации Украины — представлять уже всю отрасль. А уже в начале 2019 года менеджер возглавил целый регион и стал управляющим директором GlobalLogic в Центральной и Восточной Европе.

Сейчас под управлением украинца около 6500 людей. Из них 75% это Украина. Около 1000 специалистов —  в Польше, 500 в Словакии и около сотни — в Хорватии.

Корреспондент LIGA.net поговорил с Игорем Бедой о самых болезненных темах: боязни Украины, налогах для айтишников, зарплатах, “глупении населения”, будущем IT в условиях кризиса и коронавируса и о многом другом.

СПРАВКА

GlobalLogic — международная компания по разработке цифровых решений с офисами в США, Европе и Азии ( 16 стран). В ней работают более 16 тыс специалистов, 4 тыс. из которых работают в — Украине. Компанией владеют Канадский пенсионный фонд CPPIB и швейцарский инвестфонд Partners Group.

Боятся ли сейчас заказчики заходить в Украину

Разговоры о геополитических рисках Украины сильно стихли в мире.

Это случилось прежде всего благодаря относительному затишью на востоке Украины. При этом интерес к украинским инженерным талантам стабильно высокий.

Конечно, многие в меру консервативные заказчики продолжаю видеть определенные риски. В том числе поэтому мы объединяем наши офисы в Украине, Польше, Словакии и Хорватии в регион Центральной и Восточной Европы. И создаем распределенные команды, когда одним проектом занимаются специалисты из разных стран.

О специфике работы IT-специалистов в ЕС и в Украине

Если посмотреть, то часть нашего региона находится внутри ЕС, а часть — за пределами. И там и там есть свои плюсы. Безусловно, есть и минусы. Но если все плюсы собрать воедино, то наше предложение рынку выглядит намного интересней.

Банальный пример.

Находясь внутри ЕС гораздо проще работать с определенными разработками, которые защищены ЕС с точки зрения их физического местонахождения. То есть, если вы работаете с прототипом машины, она не имеет право покидать ЕС ни в каком виде. Если вам нужно что-то в ней протестировать — у вас нет физической возможности это делать в Украине. 

Поэтому какие-то “мегасекретные” вещи не всегда можно делать в Украине и их нужно делать внутри ЕС. Мы пользуемся этим бенефитом.

Что касается преимуществ Украины, то это безусловно качество инженерных талантов, количество специалистов на рынке и их средняя цена. 

О том, восстановился ли имидж Украины после кризиса 2014-2015 годов

С точки зрения уровня инженерных талантов имидж Украины в мире неуклонно растет. Правда заказчиков немного начинает пугать цена, потому что стоимость инженерных услуг в Украине тоже повышается. 

Если задуматься, то 10 лет назад об Украине, как идеальном месте для аутсорсинга, еще никто не знал. А сегодня мы ведем переговоры с многими частными инвестиционными компаниями, и все они в курсе IT-рынка Украины. Это очень хороший знак.

Что касается политической ситуации, то все очень изменчиво. Где-то мы поднимаемся вверх по рейтингам, а где-то проседаем. Но с точки зрения бизнеса Украина по прежнему остается достаточно непрозрачным государством.

О потенциале Украины

Украина имеет огромный потенциал. И чем дальше мы смотрим на мир, тем больше мы сами не можем понять насколько этот потенциал огромен.

 У нас есть большие территории и огромный потенциал в агробизнесе, который мы используем на текущий момент совершенно примитивным способом. У нас огромный  человеческий капитал, а его стоимость которого очень низкая ( за исключением, наверное IT ). Создав понятные иностранным инвесторам правила игры, Украина может привлечь существенные инвестиции.

Что для этого нужно? Прозрачность ведения бизнеса, единые правила для всех, понятная и предсказуемая политика. Причем, любая: фискальная, монетарная, инвестиционная. Больше всего бизнес пугает непредсказуемость, а не, например, фактический размер налоговых ставок.

С точки зрения уровня инженерных талантов имидж Украины в мире неуклонно растет. Правда заказчиков немного начинает пугать цена, потому что стоимость инженерных услуг в Украине тоже повышается. 

О том, насколько сейчас критична утечка кадров на Запад

Сегодня я не вижу массовой утечки кадров. Мы сохраняем статус кво, если не сказать больше.

По данным за 2015 год порядка 5% общего числа специалистов уехало за рубеж. Это существенная потеря для украинского IT, ведь, как правило, уезжают самые сильные специалисты. 

Но сегодня, по нашим данным за границей проживает около 3% IT-специалистов. Что это значит? То что в Украине стало больше IT-специалистов и то, что часть из них вернулась. И у нас есть примеры, когда люди уехали, а потом вернулись к нам в компанию.

Но есть два больших риска, которые могут сильно изменить ситуацию: геополитические риски и непредсказуемые сильные изменения в налоговой политике.

Почему украинцам не нравится работать за границей

Что останавливает украинских IT-специалистов от переезда за рубеж? Есть две основные причины: относительно низкая покупательная способность доллара. В Украине она несоизмеримо выше. И второе: несоизмеримо более высокие налоги. Если уровень зарплат за границей похож на украинский, но на руки IT-специалисты получают меньше.

Поэтому, я считаю, что государству стоит поддерживать благоприятные налоговые ставки для IT-специалистов. Это — конкурентное преимущество Украины и его важно сохранять . Будем откровенны, таких преимуществ не так много у Украины.

Но сегодня, по нашим данным за границей проживает около 3% IT-специалистов. А в 2015 году было 5% Что это значит? То что в Украине стало больше IT-специалистов и то, что часть из них вернулась.

О проектах по увеличении налогов для украинского IT

Индустрия готова вести диалог с правительством о плановом изменении налогообложения и сейчас такой диалог есть. Мы понимаем, что с одной стороны это безусловное конкурентное преимущество, но с другой стороны —  та модель, которая существует на текущий момент наверное будет менятся в какой-то момент времени.

Но, говоря о налогах в IT, мы имеем в виду не только корпоративные налоги, но и налогообложение IT-специалистов. Поэтому вопрос стоит рассматривать в комплексе и обязательно с участием всех вовлеченных сторон. 

Если для компаний в первую очередь важна планомерность и предсказуемость любых изменений, то IT-специалисты смотрят на свои личные налоги в сравнении с “предложениями” других стран. Я уже говорил, что налоговые ставки для специалистов — едва ли не единственное конкурентное преимущество Украины. Его важно сохранять или предложить адекватную альтернативу. 

Что будет, если сильно поднять налоги для IT

Существенное увеличение налогов, скорее всего, приведет к тому, что меньше бизнеса будет заходить в Украину и это может негативно повлиять на темпы развития IТ-индустрии.

 Вторым важным фактором являются сами таланты, потому что на данный момент они имеют в Украине конкурентное преимущество.

Здесь больше не компании выигрывают. Здесь выигрывают люди. Если они будут получать существенно меньше, то начнут чаще смотреть на страны, где раньше их смущали высокие налоги. Там они хотя бы понимают, за что платят.

Многие мои друзья  в процессе интеграции компании в регионе переехали из Украины в Польшу. Там они чувствуют себя в большей безопасности — не боятся выпускать на улицу гулять детей в любое время дня и ночи. В их распоряжении хорошие детские сады и школы, современное образование, качественное медицинское обслуживание, транспортная инфраструктура и многое другое.

Здесь больше не компании выигрывают. Здесь выигрывают люди. Если они будут получать существенно меньше, то начнут чаще смотреть на страны, где раньше их смущали высокие налоги. Там они хотя бы понимают, за что платят.

О том, за счет чего маржинальность IT-бизнеса в Украине выше, чем в ЕС

Маржинальность IT-бизнеса в Украине в целом не большая. Ваши цифры (7-10 процентов — Ред.) плюс-минус совпадают с тем, что есть в индустрии. Этим и отличается сервисная индустрия от продуктовой. Продуктовый бизнес намного более высокомаржинальный, потому что единожды созданный продукт продается многократно, тогда как сервис можно продать только один раз.

Если сравнивать Украину с ближайшими соседями, то маржинальность сервисного IT-бизнеса у нас несколько выше, чем в странах ЕС. Причина не столько в стоимости инженерных талантов, сколько в других видах затрат.  

Многие сервисы в Украине (например, электроэнергия, аренда офисов, обслуживающий персонал) дешевле, чем в Европе.  Если брать минимальную зарплату, то в ЕС она намного выше, чем в Украине. 

Будет ли консолидация украинского IT рынка и будет ли GlobalLogic кого-то покупать?

Сейчас у инвесторов есть огромное количество свободных денег. Они хотят стимулировать рост того, чем уже владеют, и инвестировать во что-то новое. Именно поэтому большая консолидация бизнеса происходит как мире, так и в Украине. 

Из интересного — если посмотреть тренды развития локального IT-рынка, мы увидим достаточно много компаний, которые раньше были незаметны и состояли из 100-200 человек, сейчас уже достигли масштаба в 500-700 специалистов. И это те компании, которые могут стать потенциальными целями по поглощению и слиянию с более крупными игроками.

Мы также очень активно смотрим, и я надеюсь, вы скоро услышите анонс (улыбается). Детали пока не могу раскрывать.

Правда ли, что количество специалистов Junior и Middle будет в Украине расти, а Senior и Lead — падать?

Мой опыт подсказывает полностью противоположную картинку. Если вам нужно быстро и дешево, вы идете в Индию, зачем вам Украина?

В Индии рынок несоизмеримо больше, а цена инженерных талантов не растет так быстро и агрессивно, как в Украине. Там нанимают джуниоров, и они сидят на джуниорских зарплатах очень долго, а если что, их всегда можно заменить на более дешевых джуниоров.

Украина же на картинке мирового IT хорошо ложится в комплексную, сложную разработку. С точки зрения прибыльности мы хотим сохранять себестоимость своих услуг. Поэтому стараемся вовлекать так много джуниор-специалистов, как можем. За этот год 23% наших новых специалистов — это выпускники вузов с минимальным коммерческим опытом.

Мы бы хотели 30, 40 и 50%. Но сложность разработки не позволяет нам этого сделать. Поэтому баланс между количеством специалистов разного уровня определяется сложностью разработок, которыми занимается компания. И это не только в GlobalLogic. Сложность и модерновость разработок меняется из квартала в квартал, причем в большую сторону. 

О разрыве в качестве образования и ожиданиями работодателей

Я согласен с тем, что разрыв между высшим образованием и требованиями к коммерческому проекту безусловно есть. Это разрыв в знаниях. Появился он вчера или сегодня? На мой взгляд, у нас корни текущей системы образования тянутся еще из СССР. Тогда понятия коммерческой целесообразности не было в принципе.

Этот разрыв не только исторический, но и нарастающий в связи с тем, что мир быстро меняется. Но я не считаю, что это что-то, что мы не способны преодолеть. Ведь есть огромное количество талантливых преподавателей и студентов, которые очень успешно пополняют ряды индустрии. 

Из интересного — мы запустили курсы подготовки не только студентов, но и преподавателей. Поначалу мы встречались с непониманием. Сейчас же есть огромное количество вузов отправляют своих преподавателей на курсы повышения квалификации.

Затем преподаватели используют полученные знания для модернизации, встраивают эти программы в базовый курс обучения. Десять лет назад об этом не могло быть и речи — программа была сильно зарегулирована государством. 

Поэтому картинка ваша злая, отчасти правдивая, но не до конца.  

С точки зрения прибыльности мы хотим сохранять себестоимость своих услуг. Поэтому стараемся вовлекать так много джуниор-специалистов, как можем. За этот год 23% наших новых специалистов — это выпускники вузов с минимальным коммерческим опытом. Мы бы хотели 30, 40 и 50%. Но сложность разработки не позволяет нам этого сделать.

О том, глупеют ли украинцы

 Я не считаю, что украинцы глупеют. Недавно мне попалась статья с выжимками из одной книги Харари. В ней автор описывает четыре навыка, необходимых человеку, чтобы оставаться востребованным. Одним из них — гибкость.

Я считаю, что украинцы — достаточно гибкие. А украинская нация — очень трудолюбивая. То количество времени, которые украинцы готовы потратить на разработку, овертаймы, не всегда прося за это деньги, показывает общий настрой людей. И речь не только об инженерах. Например, сервис в киевских ресторанах — один из лучших в мире. Не только в Европе, и уж точно не в Центральной и Восточной. 

В целом, большой пласт населения мира глупеет. Потому что сегодня  людям нужно прикладывать все меньше усилий, чтобы получить условный кусок хлеба — закрыть свои базовые потребности. С другой стороны, есть огромное количество людей, которые не сидят на месте и двигаются вперед. Это происходит не только в IT. Я вижу это во многих креативных и не креативных индустриях — и это прекрасно.

Я считаю, что украинцы — достаточно гибкие. А украинская нация — очень трудолюбивая. То количество времени, которые украинцы готовы потратить на разработку, овертаймы, не всегда прося за это деньги, показывает общий настрой людей. И речь не только об инженерах.

О тезисе “украинские айтишники зарабатывают больше всех в мире”

— Я не зря упоминал покупательскую способность доллара, которая отличается от страны к стране. Я считаю, что до сих пор украинские ІТ-специалисты могут себе позволить в Украине гораздо больше, чем айтишники в других странах. 

И это не только о известном меме “сыры за 1000 грн”. Я считаю, что в украинском IT люди могут себе позволить няню для ребенка или частный детский сад. Покупать лучшие продукты питания. Точно могут ездить на машине и даже с текущими ценами на недвижимость за какое-то время заработать себе на квартиру. 

Если посмотреть на IT в Польше, это просто одна из индустрий. К слову, далеко не самая высокооплачиваемая.

Компенсация в украинском IT сильно выделяется на фоне всего остального внутри страны, поэтому все сторонние сервисы несоизмеримо дешевле. Но не стоит преувеличивать уровень компенсаций украинских специалистов. Ведь если бы они зарабатывали «больше всех в мире» — Украина не была бы конкурентоспособной на мировом рынке IT-услуг. 

О тренде о “зажравшихся айтишниках” на ТВ

— Я не смотрю украинское ТВ — оно на 99% контролируется определенными бизнес-структурами и не всегда является объективным. Стараюсь черпать информацию из более-менее объективных источников.

Я считаю, что классовое неравенство всегда порождает недовольство. Есть большая социальная несправедливость, связанная с тем, что в мире самая бедная часть населения продолжает беднеть, а самая богатая — богатеть. Таковы принципы текущей мировой экономической системы — деньги порождают деньги. И изменить это можно только изменив саму систему.

Определенный хайп на тему украинских айтишников может быть лишь одним из миллионов зеркал, которые отражают классовое неравенство. Но я думаю, что ситуация сильно преувеличена: мы говорим о 160 000 человек в 40-миллионной стране. Это капля в море.

Не стоит преувеличивать уровень компенсаций украинских специалистов. Ведь если бы они зарабатывали «больше всех в мире» — Украина не была бы конкурентоспособной на мировом рынке IT-услуг.  

Почему-то многие  думают, что если обложить налогами IT, то станет больше денег. Но если индустрия в три раза уменьшится, сократятся не только бюджетные поступления, но исчезнет и потенциал роста, и приток денег в экономику, и компенсация дефицита торгового баланса. Резюмируя, мне кажется, что разговоры о классовом неравенстве применительно к IT — это попытка отвлечь внимание от реальных проблем.

О том, что будет с украинским IT в грядущем кризисе

Важная особенность мирового IT-рынка в том, что наши услуги пользуются спросом независимо от состояния экономики. Когда экономика на подъеме, больше компаний задумываются о цифровой трансформации бизнеса, инвестируют в новые решения и бизнес модели.

Когда экономика на спаде — больше компаний сокращают расходы и переводят разработку в более дешевые локации. Все это так или иначе создает спрос на услуги в том числе украинских IТ-специалистов. 

О том, как повлияла на работу компании эпидемия коронавируса

К текущей ситуации в мире мы относимся спокойно и каких-либо изменений в нашей работе на сегодняшний день нет.

Вместе с тем, мы внимательно отслеживаем ситуацию и рекомендуем коллегам определенные меры предосторожности и профилактики заболеваний (например, ограничение поездок в потенциально опасные страны, повышенное внимание к собственному здоровью и т.п.).

Кроме этого, мы временно ограничили командировки для всех. Наша цель — забота о здоровье наших специалистов, ведь люди — главная ценность нашего бизнеса.

О отпуске и отдыхе IT-специалистов

Двадцать рабочих дней. Мы с точки зрения количества полностью соответствуем КзОТу. С точки зрения механики мы решили упростить. Ведь по КзОТу 24 дня, из которых 14 нужно взять одним куском. Мы сказали, что каждый может взять, как хочет. 

Но у нас ходят люди в отпуск меньше, чем у них накапливаются. Мы пытаемся мягкими разговорами напоминать ходить в отпуска, потому что мы считаем, что важно переключать контекст и отдыхать. 

Руководители высшего звена, как правило, не могут себе позволить пойти в длительный отпуск. Максимум — раз в год и, скорее всего, совпадающие с какими-то праздниками. Поэтому я беру микроотпуска. Пытаюсь пришить их к какому-то праздниками, чтобы получилась неделя или десять дней. В основном с семьей. Мы очень любим путешествовать.

Еще по теме

Понравилась новость? Поделитесь ею с с вашии друзъями!: